Офицер остановился у ворот, пропуская солдат. Учительница со все возрастающим изумлением всматривалась в него. Наконец, не выдержав, она подошла к нему.

- Слушайте, Жан! Это вы?

Офицер приложил два пальца к козырьку и любезно осклабился.

- Да, это я! - сказал он. - Но я не Жан!

- Я не понимаю! - в замешательстве смотря на него, протянула учительница. - Что это значит?

Японец выпрямился, вытянулся. Лицо его приняло то же выражение, с каким он салютовал на крики "банзай". С холодностью посмотрев на собеседницу, он ответил:

- С вами говорит поручик японской императорской армии Такэтори Суэцугу, мадам! Мы займем это здание, пока нам не предоставят казармы.

- Но зачем это? Ничего не понимаю.

- Чтобы защищать достояние и жизнь наших соотечественников! - отчеканил Суэцугу, бывший парикмахер Жан. - Два несчастных моих собрата уже пали жертвой большевиков, - он кивнул головой на мастерскую часовщика Исидо. - Но отныне ни один волос не упадет с головы японца в этой стране!

Суэцугу прошел в ворота. Часовые опять скрестили штыки.

Растерявшийся директор сказал учителям:

- Я подчиняюсь силе, господа!.. Распустить учащихся по домам на три дня. Я надеюсь, что за это время все выяснится и уладится. В конце концов, ведь мы же тут хозяева...

9

Первый шаг был сделан. Японские солдаты ступили на русскую землю.

Но за спиной Японии стояла Америка - всемирный ростовщик, безмерно наживавшийся во время войны на продаже оружия и военного снаряжения не только своим союзникам, но и своим противникам.

Сначала Америка пыталась действовать через Временное правительство России, пообещав широкую поддержку военными материалами для ведения "войны до победного конца". Американские поставки должны были идти через Владивосток и транссибирскую магистраль. В этих целях США предложили "упорядочить" работу железных дорог Сибири и Дальнего Востока, пришедших за время войны в упадок.